Газета "Отечество"

№2 (29) Май 1999


АФГАНСКАЯ ВОЙНА

Что мы знаем об афганской войне? Только то, что на ней погибли тысячи советских солдат и офицеров. Знаем ли мы, каково терять сына в мирное время? Каково терять боевых друзей?

В редакции Книги Памяти Республики Татарстан готовится к изданию Книга Памяти, посвященная нашим землякам, не вернувшихмся с той войны. Предлагаем читателям некоторые письма с войны и о ней, которые попадают в редакцию Книги Памяти, без купюр и правок.


Уважаемый Евгений Николаевич!

С глубоким прискорбием и выражением соболезнования обращается к Вам сослуживец Вашего сына, старшего лейтенанта Зевакина Игоря Евгеньевича, прапорщик Дмыш Владимир Вячеславович. Мы, сослуживцы Игоря, глубоко скорбим по поводу гибели нашего друга и боевого товарища. Простите меня за это письмо, но не мог не написать Вам, потому что в день гибели Игоря я был последним из офицеров и прапорщиков, который видел его, и разговаривал с ним. Вы, наверное, захотите узнать некоторые обстоятельства гибели сына. Но прежде я расскажу немного о том, как он жил и служил с нами.

С Игорем я познакомился в 1981 году в ноябре, когда он приехал служить к нам в часть. Я был техником, он - командиром танкового взвода. Иногда в свободное время, кстати, у нас его очень мало, мы с ним встречались либо у него в землянке, либо в общежитии, говорили о доме, о семье, играли с ним в шахматы, иногда заходили в бильярдную. Игорь почти постоянно находился в боевом охранении со своим взводом, участвовал в нескольких операциях против бандформирований, выполнял боевую задачу по охране моста в одном из районов Афганистана. То есть, он делал то, что делают многие другие здесь в Афганистане - выполнял свой воинский долг. И он его выполнил до конца. Когда это было необходимо, он сам садился за рычаги боевой машины.

Простите меня, я немного опишу 6 марта, когда случилась эта беда, которая причинила глубокое горе всем близким Игоря и нам, его товарищам по службе. Игорь вернулся с операции 6 марта около 10 часов утра, потому как танк, на котором он ехал, получил неисправность, и он вернулся в часть, чтобы взять другой, исправный танк. Командир поставил мне задачу, чтобы я неисправный танк эвакуировал в часть на тягаче. Я подъехал к боевому охранению, где нес службу взвод Игоря, и увидел его там. Я спросил его, что он хочет сделать. Игорь ответил мне: “Возьму исправный танк, а ты, Володя, неисправный отбуксируешь в часть”. Пока этот танк заправляли горючим, мы с ним разговорились. Он мне сказал: “Вот приеду домой, куплю машину, буду жить как человек. Скорей бы кончилась служба здесь, так все надоело”. Потом он стал говорить о нерадивом механике-водителе из его взвода: “Вот приеду с операции, я займусь им по-настоящему”. Игорь посетовал на то, что у нас частенько получается не все как надо. То того нет, то другого. Бывают случаи несправедливости. Между нашими разговорами танк немного заправили, но в бензовозе кончилось горючее, и Игорь принял решение заправить его горючим из того танка, который остался на дороге неисправным. Я ему сказал: “Игорь, только не торопись, поедем вместе”. Он мне кивнул головой, залез в люк механика-водителя и поехал, я - за ним на тягаче. Когда мы выехали на дорогу, он прибавил в скорости, и скрылся быстро из виду. До места стоянки неисправного танка я ехал минут 40-50.

Когда я подъехал к месту, то увидел пробку на дороге, стояла наша военная колонна, и афганская. Я почувствовал что-то недоброе, но вначале не мог ничего понять. Было где-то около часа дня по афганскому времени. Когда колонны тронулись, мимо меня проехали санитарный бронетранспортер и другие военные машины. Когда колонны разъехались, я увидел на обочине два наших танка. Я подъехал и спросил у танкистов, где командир. Они были взволнованы и растеряны. Его только сейчас увезли на санитарном бронетранспортере, который шел с колонной, в медсанбат. Я спросил, что здесь произошло. Тогда они ответили. Возле танка командир увидел гранату Ф-1, взял ее и пошел в сторону развалин. Он хотел взорвать ее, чтобы осколками не повредить своих, бросить подальше в развалины кишлака. Он отошел метров тридцать от дороги, завернул за угол развалившегося дома, и вдруг раздался взрыв. Танкисты бросились к нему и увидели своего командира на снегу. Правая нога по колено оторвана, левая изуродована, осколок, попавший в лицо, выбил глаз. Командир на мгновение очнулся и потянулся здоровой рукой, так как другая рука была ранена, к ногам. Он простонал: “Где моя нога?” - и заплакал. Потом он потерял сознание. Мимо шла военная колонна, оказали ему первую помощь и повезли в медсанбат. Привезли его и сразу - на операционный стол. Игорь боролся со смертью еще два часа. В три часа дня по местному времени он от тяжелых ран скончался.

Ваш сын погиб, подорвавшись на мине, а то, что этот участок был заминирован, никто не знал. Это скорее всего душманы понатыкали мин в развалинах. Ваш сын и наш боевой товарищ погиб, выполнив свой воинский долг до конца. Я свою вину чувствую, потому что не смог удержать его, поехать вместе, простите меня. Велико Ваше горе, и мы скорбим вместе с Вами.

С глубоким уважением к Вам прапорщик Дмыш Владимир Вячеславович.

7 марта 1983 года.



Здравствуйте!

Прочитав Ваше объявление в газете “Комсомольская правда” - Татарстан, где Вы планируете создать отдельный том Книги Памяти, посвященный уроженцам Татарстана, погибшим в афганской войне, не мог не написать к Вам в редакцию. Так как прочитав газету, вспомнил события, прошедшие 19 лет назад, это было 22 апреля 1980 года. В этот день я похоронил своего друга, погибшего в Афганистане, Кирилова Ивана Александровича, 1960 года рождения.

Я лично вместе с ним родился и рос в одном дворе в Ометьево. По-настоящему дружить с ним стали, когда нам было лет 12-13 лет. У меня с ним были одни увлечения. Это - спорт, игра на гитаре. Иван хорошо пел и играл на гитаре, а также занимался борьбой дзюдо. Что я могу о нем сказать? Детство и юность у него были не сладкие, последний ребенок в семье, кроме него было еще четверо. Окончил 8 классов, работал на фабрике “Татмебель” сборщиком мебели. Когда в 1977 году я ушел в армию, он стал работать на заводе “Вакууммаш”. В армию его не брали, так как ростом он был мал. Мне мой отец рассказывал, как по его просьбе ходил к военному комиссару Вахитовского района, просить, чтобы его взяли в армию. После этого, в 1978 году его взяли в армию. Как он попал в Афганистан, я не знаю, только ему осенью 1980 года был срок демобилизоваться, но этого не случилось. В начале апреля 1980 года пришло горе, то, что он погиб.

Прошло уже почти 20 лет с того дня, как его хоронили, но вспоминать этот день очень тяжело. У меня в памяти Иван остался трудолюбивым, добрым и порядочным человеком, не любил ложь и предательство. Похоронен он на Архангельском кладбище на аллее воинов, погибших в Великой Отечественной войне.



У меня имеется единственная фотография - память о нем. Мы фотографировались у меня дома перед тем, как мне призываться в армию (на снимке Иван справа). Прошу мою фотографию вернуть обратно.

С большой благодарностью к Вам

Луцук Игорь Геннадиевич, р.п. Алексеевское.


Горький вкус победы
В белом сне
Мы вновь оказались на войне
Нам пишут...
Афганская война
Источник историчекой истины
Обидно за комсомол
Мы помним о Вас...
Музею - быть!
Нужна ваша помощь
Рассказать правду
Буинск - Апастово